Колыбель Донбасса

Недаром Лисичанск называют колыбелью Донбасса… Некогда мощный индустриальный город, край химиков, нефтянников и шахтёров вызывал благоговейный трепет величием советской индустриализации. Город-стотысячник (в прошлом) вобрал в себя максимум черт, характерных для всего Донбасса. А может и стал их родоначальником… Кто теперь разберётся?

Сегодня Лисичанск – это город-музей прошлого. Пока NASA гоняет взад-вперед аппарат Кьюриосити по поверхности Марса, в поисках следов былой жизни, начать им бы стоило с Лисичанска.

Сейчас в одном из главных городов Луганской области (главнее только Северодонецк) проживает около 70-ти тысяч людей. Многих выехать заставила война. Но главный враг жизни в Лисичанске – безработица. Масштабная, тотальная и всепоглощающая. От былого величия шахт, заводов и предприятий остались руины, воспоминания и долги. И ностальгирующие за прошлым люди.

По людям. Лисичанцы – такие же люди, как и везде в Украине. Замученные проблемами, отсутствием перспектив и тотальной бедностью. Они крайне тяжелы на подъём. Редко улыбаются и публично не проявляют своих эмоций. Если им что-то нравится – могут улыбнуться. Не нравится – поматерятся под нос, очень не нравится – поматерятся вместе с рядом стоящими людьми. Но они очень искренни в своих эмоциях. Игра на публику, притворство, театрализм – это не о них.

Конечно, это крайне поверхностное описание впечатления, которое оставляют по себе жители Лисичанска. В общем и целом – они вполне адекватны и рациональны. Но в принятии решений руководятся своей логикой. Личной. Иррациональной. Прагматичной и сиюминутной.

Это показали мажоритарные выборы на 107 округе, в который входили города Лисичанск, Попасная, Новодружеск и Приволье. Идеологическими монополистами Луганщины длительное время были коммунисты. Сейчас – пострегиональные (от партии регионов) элиты. Весь этот край, вместе с его индустриальными руинами застрял в 70-х годах. По сути, все что получило свой инвентаризационный номер в 70-80-х годах – служит до сих пор. От стульев в административных зданиях шахт, до автомобилей жителей городов.

Машины, а главное их техническое состояние – особая тема. Луганщина в этом плане – украинская Куба. Здесь Жигули, Москвичи, Волги и т.д. – просто в великолепном состоянии. Найти ржавый москвич или жигуль – шансы практически нулевые. Здесь машины берегут, тщательно обслуживают и передают от деда к отцу, от отца к сыну… И так до бесконечности. Это не ностальгия и не безумная любовь ко всему советскому, «потому что хорошее». Это безысходность. У людей просто нет денег на покупку новых машин. От того и тщательно и душевно берегут, что имеют. На заметку автоколлекционерам – нужен ретро-автомобиль без вложений в реставрацию – ищите в Лисичанске, Новодружеске и Приволье. Правда, вам их могут и не продать «за ваши паганые американские доллары».

Луганщина – край очень душевный и суровый. Здесь люди, в основном, все воспринимают в черно-белом цвете: свой/чужой, боюсь=уважаю, «это вранье, если я этого не понимаю», «чужие проблемы меня не волнуют». И так далее. Такой пропагандируемый десятилетиями коллективизм, в современной реальности, там трансформировался в способ самозащиты и не более.

Самый большой враг всей Луганской области – бедность жителей. У нас далеко не «Эмираты» по всей Украине, но на Луганщине это больше всего бросается в глаза. Хотя люди в этом совершенно не виноваты. Пахать там умеют! Да так, как не пашут во всей стране. Самая страшная и тяжёлая работа в мире – быть шахтёром в забое. А если ты ещё и не получаешь за свой труд заработную плату – это просто преступление над людьми.

К примеру, Лисичанск получает воду по 2 часа утром и вечером. Жители спешат домой не на сериал или пропагандистское политическое тв-шоу, а успеть кое-как помыться и набрать воды для приготовления еды. В таких условиях добряками не становятся. Во многоэтажках лифтов практически нет. Многие старики отбывают «пожизненное» в своих квартирах, поскольку преодолеть ступеньки на 7-ой, 8-ой, 9-ый этаж для них невыполнимая норма ГТО (готов к труду и обороне).

Молодёжь в Лисичанске и других городах Луганщины хочет работы, стабильной заработной платы и… Дальше сама не знает, чего хочет. С одной стороны, это не плохо, молодые парни и девушки не инфицированы ретушированными сказками инстаграма, не льют слёзы по лайкам и комментариям фейсбука и не мнят себя «пупами земли», которым не дают самореализоваться. Им просто нужны деньги на удовлетворение биологических потребностей и немножко на развлечения. Не хочется никого обижать, но «джентельменский набор» в Лисичанске – это пачка чипсов и полторушка пива. Можно сказать, ну и что, в Киеве, Харькове, Одессе и Львове тоже такое есть. Да есть, И в Полтаве с Винницей, и в Бердичеве со Жмеринкой тоже. Но там и веры в себя, в свои силы больше. Значительно больше.

Луганская область – место где живут люди с изнасилованными душами. Причём это определение было услышано именно от местного жителя. А местным виднее. Отношение молодёжи к своему будущему наглядно показали выборы, которые молодёжь, можно сказать, бойкотировала. Низкая явка молодых людей на избирательных участках говорит о неверии в саму возможность перемен к лучшему, даже об отсутствии стремления к таковым. Будущее снова определяли, получившие сахар и сто гривен, пенсионеры.

Любопытно, что по всей стране, ещё на президентских выборах, молодёжь была активной на избирательных участках. Поколение 18+, скорее всего, более подготовленное, воспитанное, делать свой выбор. Приученное соцсетями ставить лайки, выражать своё мнение в комментариях, наказывать отпиской от страниц, если их что-то не устраивает. Они привыкли, что их мнение, их поведение что-то значит. А в условиях объединения — значит очень много. Поэтому выборы для них было хоть и нудное, но важное событие. Лисичанской молодёжи выборы в Верховную Раду, в главный орган власти страны, мазаны фиолетовым цветом. И это печально. Не ассоциируют они это с изменениями или даже с возможностью изменений в своих жизнях.

В ближайшие несколько лет в Лисичанске, как и в других городах Луганской области, вряд ли что-то изменится. Очень мало вероятно, что там заработают предприятия, в регион пойдут инвестиции, а жизнь забьёт ключом. Очень хочется ошибаться, но не стоит тешиться пустыми надеждами. Люди, выбравшие сахар и сто гривен, четко дали понять, что хотят сахара и ста гривен. У авторов раздачи такого набора и в голову не будет приходить мысль, что нужно что-то ещё. Схема работает – народ довольный. На этом точка.

Подкуп избирателей был по всей стране, а Луганщина в этом плане не уникальна. Но только в этой области «сахарная схема» сработала на всех округах. А это уже диагноз. Самое смешное, что сахар можно было тут же обменять на самогон, а ста гривен хватит… На три дня, это максимум. Очень печально, что самый пострадавший регион в стране хочет не возрождения, а стабильности. В уме это не укладывается.

Луганщина прекрасна и удивительна, она усеяна терриконами и тянет к небу дымоходы мертвых заводов, она наполнена работящими людьми и суровыми нравами. Она раздираема преступными кланами и наполнена детьми. Луганщина – фантастична. Она не сентиментальна, она любит силу и авторитет, печалится о давно минувших днях и не ждёт будущего. Луганщина – прекрасный айсберг, от которого постепенно, с ходом времени, откалываются и падают вниз, растаявшие льдины былого индустриального величия. Её жители горды и суровы, жестки и своенравны, трудолюбивы и безэмоциональны. Они принимают решения и живут с ними.

Коментарі